← Логистика, грузы

«Не вижу ни одной причины для достижения». Крах и мечты портов Петербурга и Ленобласти

© РИА "Новости"

Падение контейнерооборота петербургского порта на 85% на фоне успешного морского экспорта энергоносителей в Ленобласти нам объяснил экс-глава Смольного по транзиту. А это уже политика.

Грузооборот российских портов Балтийского моря сократился к декабрю на 2,3%, перевалка наливных грузов выросла почти на 12%, а контейнерооборот Большого порта Санкт-Петербург упал где-то на 85%. Таково резюме сообщений разных ведомств, полноценная статистика больше не публикуется. Для петербургского порта - это крах. Грузы в контейнерах составляли почти половину оборота. Правда, основной контейнерный оператор Global Ports прогнозирует восстановление к концу следующего года, остальные публично гордятся успешным морским экспортом энергоносителей и минеральных удобрений в Ленобласти.

Директор аналитического агентства "Дорн", в прошлом глава комитета по транспортно-транзитной политике Смольного Андрей Карпов не верит позитивным прогнозам и предлагает взглянуть под другим углом.

- Не вижу ни одной причины для достижения в ближайшее время тех цифр контейнерооборота петербургского порта, какие были в 2021 году. И это не вопрос того, заработают новые линии или нет. Это вопрос адекватного восприятия происходящего. В моем понимании наступила некая новая реальность, в которой Большой порт Санкт-Петербург не может занимать такое же место, какое занимал в старой. Конечно, что-то восстановится, но в прошлое мы не вернемся.

- Но с точки зрения грузооборота нет разницы, контейнеровозы придут из Роттердама или из Циндао - если логистам удастся наладить новые линии, грузооборот восстановится.

- Предлагаю не мыслить привычными критериями количества линий и возможными миллионами тонн перевезенных по ним грузов. Мы оказались в ситуации качественных изменений, а не количественных. Налицо формирование двух новых экономических макрорегионов, каждый из которых будет ориентирован на импортозамещение друг друга, на снабжение собственным сырьем и собственными энергоносителями, а перетекание грузопотоков между ними будет сводиться к минимуму. Я бы условно один макрорегион назвал "американским", а другой "китайским".

- Порты все равно остаются портами, сформируется логистика, будет и грузооборот, а интерес даже двух новых макрорегионов к Балтийскому морю как к транспортной составляющей вряд ли изменится.

- Не совсем так. Поймите — не будет больше обмена грузами в таких объемах, как было между Россией и Европой. Функция "окна в Европу" завершена. Городу надо менять одну из вековых парадигм своего развития. А уж если и говорить о сохранении функции "окна" в какой-то степени, то это должно быть "окно" в Латинскую Америку и Западную Африку, эдакое "окно в Атлантику".

- Вы такие апокалиптичные картинки рисуете, но у портов Ленинградской области, кажется, проблем нет - погрузка угля, нефтепродуктов, минеральных удобрений в целом не сократилась, перевалка нефти даже увеличилась.

- Ну, нельзя же оценивать ситуацию только масштабами сегодняшнего дня. Конечно же, Европе проще отказаться от экспорта в Россию автомобилей и телевизоров, чем от импорта из России энергоносителей. Петербургский порт всегда был самым импортоориентированным портом страны - вот он и пострадал в большей степени первым. Практически все российские порты экспортоориентированы, и они пока работают почти, как раньше - порты Ленобласти, в частности. Но новая реальность наступила и наступила для всех. Да, для отказа от российских энергоносителей европейским странам несколько лет точно понадобится - вот эти несколько лет форы и есть у портов Ленобласти. Так сказать, мягкая посадка. Давайте посмотрим: году к 27-му, максимум, к 30-му Европа сумеет импортозаместить российские углеводороды, удобрения, продовольствие.

- Считаете политику России прошлых лет в отношении Большого порта Санкт-Петербург неправильной?

- Ни в коем случае. В той реальности, какая была до 24 февраля, она была правильной, а такое глобальное и резкое изменение ситуации никто не предсказывал.

- А в той реальности, которая сегодня?

- Мы находимся на Дальнем Западе активно формирующегося китайского макрорегиона, и у этого Дальнего Запада такое же смысловое периферийное наполнение, как и у географического Дальнего Востока по отношению к остальной России. К сожалению, даже создание собственного экономического макрорегиона не изменит ситуацию — Петербург и Ленобласть все так же будут находиться на окраине "своего" макрорегиона, у границы с "чужим" макрорегионом, обмен грузами, с которым будет минимизирован. Вся внешняя торговля этого макрорегиона будет направлена на Восток и Юг. Повторяю, городу надо менять одну из вековых парадигм развития "окна в Европу" на что-то другое. Да, это серьезнейший вызов, с которым город давно не сталкивался.

- Вернёмся к собственному макрорегиону - может быть в его рамках вы видите новую специализацию, даже миссию Петербурга и Ленинградской области?

- На мой взгляд, невозможно создать свой макрорегион без создания собственной национальной суверенной технологической платформы. В первом приближении можно говорить про импортозамещение. Понятно, что одномоментно это не сделать - первоначально все равно придется опираться на азиатские аналоги и только постепенно переходить на национальное производство. Вульгарное импортозамещение допустимо на первом этапе, когда европейские поставщики меняются на азиатских, но на этом нельзя останавливаться. Более того, от условного "Сделано в России" мы должны перейти к "Создано в России". Понимаете разницу? Вот именно в этом направлении, как мне представляется, и надо искать новую специализацию Петербурга.

- А каков критерий собственного макрорегиона, как отличить - мы на Дальнем Западе китайского или в своем, российском?

- Экономисты называют самостоятельным макрорегионом территорию, на которой проживает 300-350 миллионов потребителей. У такого макрорегиона должна быть своя технологическая платформа, позволяющая самостоятельно и рентабельно развивать наиболее критические передовые технологии - тот минимальный пакет, который позволяет быть реально суверенным. А мечтать о том, как мы восстановим утраченные цифры грузооборота портов, не думая о собственном месте в новой геополитической реальности - на мой взгляд, абсолютно бесперспективно.

Лев Годованник