← Безопасность и страхование

Уральский дальнобойщик шесть часов погибал от инсульта на глазах у гаишников, решивших, что он пьян

© Виктор Карасев / Фотобанк Лори, фото носит иллюстративный характер

В итоге скорую ему вызвали другие водители.

46-летний водитель из Камышлова Роман Кочуров сейчас находится в реанимации Свердловской областной больницы. Врачи спасают ему жизнь. Мужчину доставили в Екатеринбург в тяжелом состоянии с диагнозом «геморрагический инсульт». Так случилось, что к медикам он попал очень поздно — спустя шесть с лишним часов, хотя все возможности для своевременной госпитализации были. Дальнобойщику стало плохо прямо за рулем, но, как рассказали нам его коллеги, сотрудники ГИБДД решили, что он пьян, поэтому оставили его «трезветь» в холодной кабине.

Роман работал водителем на камышловском заводе по производству минеральной воды и безалкогольных напитков. Пятого января он отвез в Тюмень груз — бутыли с минеральной водой — и возвращался обратно. На 158-м километре трассе Екатеринбург — Тюмень, недалеко от поворота на поселок Восточный, он попал в ДТП. К счастью, пострадавших не было.

Незадолго до аварии, примерно в 11 утра, товарищ Романа, с которым они вместе в тот день отвозили груз, видел, как его машина едет по самому краю дороги, поднимая снежное облако. Второй водитель по рации спросил, мол, чего пылишь? Дальнобойщик ничего не ответил. Товарищ поехал дальше, подумав, что тому просто нужно остановиться (например, сходить в туалет). Ничего плохого он не заподозрил: за пару часов до этого при выгрузке в Тюмени Роман был бодр, здоров и активен.

Но, видимо, спустя какое-то время Роман, почувствовав себя плохо, начал съезжать к краю трассы. При торможении и съезде на обочину машину сложило буквой Г, прицеп после удара о кабину вынесло на соседнюю полосу. Он задел проходящий мимо самосвал «Тонар» и остановился. Позже водитель «Тонара» рассказал, что готов был поехать и дальше: серьезных повреждений на его машине не было, само происшествие случилось не по его вине, однако договориться они не смогли.

Дальнобойщик опустил стекло, но не смог сказать ни слова и просто молчал. Водитель «Тонара» набрал службу спасения — 112. Экипаж ГИБДД вместе с дорожной службой приехали быстро, минут через 15 после звонка. Было около 12 часов дня. Роман по-прежнему ни на что не реагировал, не отвечал на расспросы сотрудников полиции. Машину, перекрывавшую часть дороги, убрали на обочину. А самого водителя оставили в кабине, решив, что он пьян.

Примерно часа через два-три диспетчер предприятия, увидев по маячку, что машина долго стоит на одном месте, позвонила Роману. Ответил сотрудник ГИБДД. Он начал уверять, что водитель в невменяемом состоянии, выговаривал ей, мол, не надо пьяных на линию выпускать. По рации сотрудники завода связались с другим дальнобойщиком, который через какое-то время должен был как раз проехать мимо того места, где случилось ДТП. Попросили его остановиться и узнать, в чём дело.

Вот что рассказал нам этот водитель по имени Олег:

— Подъезжаю, вижу: наша машина стоит на обочине, примятая в сугроб. За ней машина ГИБДД. Впереди через несколько метров полуприцеп «Тонар», в нём водитель. Я побежал к машине Романа, открыл кабину, а он на полу сидит, бледный, никаких признаков жизни. Изо рта даже пара нет. В кабине холод, печка отключена, а на улице минус 20. Он в одних носках, потрогал ноги — ледяные. Начал тормошить его, он открыл глаза. Взгляд никакой, пустой, отсутствующий.

«Кричу: "Роман, ты меня слышишь?" Он смотрит мимо меня»

Включил автономный обогреватель. Из своей машины вышел один из сотрудников ГИБДД. Спрашиваю: «Что случилось? Он живой? Сколько он так сидит?» В ответ: «Часа два, вроде живой». Я не понял: как так «вроде живой»?! Спрашиваю: «Скорую вызывали?» В ответ: «А чего вызывать, видно же, что он пьяный». Я начал спорить: никакого запаха [алкоголя] нет! Они мне: «Значит, под солями».

Олег не поверил этим словам. Романа он знал уже три года — с того момента, как сам пришел работать на завод. Коллегу он описывает как серьезного, ответственного, ни в чём подобном его никогда не замечали.

— Я закричал: «Ты с чего решил, что он под наркотой, как определил? Ты медик, экстрасенс, экспертизу проводил?» Начал ругаться, что человек в таком состоянии, в холодной кабине, а они даже скорую не вызвали. Не сдержался от мата. Гаишник мне замечание тогда сделал: «Почему так со мной разговариваешь?» Я ему: снять бы штаны да в сугроб тебя задницей посадить на два часа, разве так можно человека оставлять! — возмущается Олег.

Он созвонился с механиком предприятия, описал всё, что увидел. Механик пообещал, что они сейчас приедут на место, а Олега отправил дальше по маршруту.

— Кабина Романа уже прогрелась. Я подошел к гаишникам, спросил: «Вы скорую вызвали?» Ответили: «Да, вызываем».

Скорую, как нам рассказали очевидцы происшествия, полицейские так и не вызвали, хотя перетащили Романа из кабины в свою машину. Он по-прежнему ни на что не реагировал (видимо, по этой причине не могли провести проверку с помощью алкотестера).

Дождались сотрудников предприятия, приехали механики и водитель, который должен был эвакуировать машину. Те прибыли примерно в 16–17 часов. К счастью, водитель, который подъехал на место, когда-то работал в МЧС, он и заметил признаки инсульта: перекошенное лицо, обездвиженную правую руку.

Уже не обращая внимания на уверения гаишников, что «он у вас пьян или под солями», коллега Романа набрал 112. Скорая Территориального центра медицины катастроф (ТЦМК) доехала до нужного места на трассе через час после вызова. Было уже около 18:00, с момента ДТП прошло шесть часов.

В Камышловской больнице врачи по внешним признакам определили инсульт. Для точной диагностики отправили в Ирбит: видимо, по маршрутизации это было ближайшее медучреждение, где был аппарат КТ.

Была уже ночь, когда в Ирбитской больнице провели нужные обследования. Никакого алкоголя и других запрещенных веществ не обнаружили. Компьютерная томография показала точный диагноз — геморрагический инсульт.

Справка: Геморрагический инсульт — спонтанное внутримозговое кровотечение из-за разрыва стенок патологически измененных сосудов. Причины могут быть разные: скачки давления, физические или эмоциональные нагрузки. Это самый опасный и тяжелый вид инсульта. Он опасен последствиями: гибелью или тяжелой инвалидностью. Медицинская помощь должна быть оказана максимально быстро. От этого зависит жизнь и дальнейшее восстановление пациента.

Состояние водителя было очень тяжелым. Из Ирбита, снова на машине ТЦМК, Романа перевезли в Екатеринбург, в Свердловскую областную больницу.

Сейчас врачи оценивают его состояние как среднетяжелое, никаких прогнозов пока не дают.

— Говорят: пока всё без изменений, ждите. Движения у него появились, незначительные, — рассказала нам жена Романа Екатерина. — Правую сторону парализовало, гематома в лобной части левой стороны, память может не вернуться. Если выживет, реабилитация будет годами.

Когда Романа везли с трассы в Камышлов, Екатерине позвонили с предприятия, где работал ее муж. Она помчалась в больницу, приехала раньше скорой. Потом привезли мужа, она увидела, что его правая рука висит обездвиженная. Говорит: сразу поняла, что это инсульт.

— Столько времени было потеряно! — переживает жена. — Я не понимаю, почему полицейские просто стояли и ждали неизвестно чего! Почему сразу не повезли на освидетельствование в больницу?!

Кстати, буквально на второй день, как Роман попал в реанимацию, ему на «Госсуслуги» пришло два уведомления о штрафах (у жены есть доступ к его кабинету). Один из штрафов — за неправильную парковку, а второй — за якобы непристегнутый ремень безопасности.

Романа считали опытным водителем, он был на хорошем счету. Водительский стаж — более 26 лет. Екатерина говорит, что все годы работы у мужа не было ни одной аварии. Проблем со здоровьем и давлением, по ее словам, тоже не было. За здоровьем следил, пропивал комплексы витаминов, занимался физкультурой — без больших спортивных перегрузок. Накануне в выходные всей семей ходили на каток.

— Нашей дочери 16 лет. Она когда узнала, что случилась, плакала. Говорила мне, что им в школе рассказывали (видимо, на уроках ОБЖ) про признаки инсульта, неразборчивую речь, перекошенное лицо. Почему даже в школах объясняют это, а взрослым людям, сотрудникам полиции, не проводят инструктажи! Ведь никто не застрахован от такого, — говорит Екатерина.

Родственники Романа готовят обращение в Следственный комитет по поводу бездействия сотрудников ГИБДД. Екатеринбургский юрист Сергей Тетерин (родные обратились к нему за помощью) считает, что в данной ситуации есть состав уголовного преступления по статье 125 УК РФ — оставление в опасности.

Юрист поговорил под запись с очевидцами происшествия, чтобы выяснить, сколько времени прошло с момента первого звонка в службу спасения до вызова скорой помощи и госпитализации. Пообщался он и с водителем «Тонара». Тот рассказал, что несколько часов сидел в кабине, ждал, пока оформят ДТП, документы у него забрали сотрудники ГИБДД.

— Возмущался, почему так долго, спрашивал, почему не вызывают скорую. Ему отвечали: пусть проспится, повезем на освидетельствование. Фактически человек находился без помощи шесть часов, — комментирует Сергей Тетерин. — На мой взгляд, со стороны сотрудников ГИБДД нарушены все должностные инструкции. Если они предполагали, что водитель находится в состоянии опьянения или под воздействием психоактивных препаратов, они должны были доставить его в медучреждение на освидетельствование или вызвать бригаду скорой, а не оставлять в беспомощном состоянии в холодной кабине «протрезветь».

«Признак инсульта — спутанность сознания. Удивительно, что сотрудники ГИБДД не знают таких очевидных вещей»

«Мужчины не высказывали жалоб на здоровье»

E1.RU попросил представителей Госавтоинспекции прокомментировать данную ситуацию. В УГИБДД по Свердловской области нам сообщили следующее:

— Прибывшие на место ДТП сотрудники ДПС опросили водителей. Мужчины не высказывали жалоб на здоровье. Так как движение было затруднено, автоинспекторы передали информацию о ДТП представителю работодателя данного водителя, после чего приняли меры по обеспечению безопасности дорожного движения на данном участке, освобождению проезжей части от транспорта с применением средств эвакуации. Прибывший работодатель водителя грузовика сообщил полицейским, что у мужчины имеются признаки инсульта, после чего гражданин был госпитализирован.

«Если есть нарушение сознания — вызывайте скорую»

Врач-невролог Ирина Волкова, руководитель клиники реабилитации, рассказала E1.RU о признаках инсульта и о том, на что стоит обратить внимание.

— Первый, самый грозный признак, угрожающий жизни, — нарушение сознания. Причину могут установить только врачи. Это может быть и инсульт, и проявление сахарного диабета, и сердечная недостаточность. Для инсульта также характерно расстройство речи — в виде или непонимания обращенных слов, или нарушения произношения. Еще один характерный признак — нарушение чувствительности какой-либо части тела. Также обратите внимание на мимику, перекос лица, но, кстати, не всегда он может проявиться.

«Главное: если есть нарушение сознания — не надо рассуждать, домысливать, пьяный человек или нет»

Не надо ставить диагнозы, заниматься самолечением — вызывайте скорую или сами везите в ближайшее медучреждение. Не в поликлинику, а именно в стационар, в приемное отделение. Здоровье и даже жизнь больного зависят от своевременной и правильно оказанной медицинской помощи. При инсультах существует окно терапевтических возможностей, около трех часов, именно от этого времени зависит будущее человека, его жизнь и здоровье, — подчеркнула Ирина Волкова.

Елена Панкратьева