Импорт дизельного топлива стал почти на 67% дороже, но по закону отпускная цена на него в Эквадоре может расти только на 5% в месяц. В результате государство берет на себя субсидию в размере более USD 1,60 за галлон. Это делает невозможным продолжение выплат компенсаций перевозчикам в условиях необходимости снижения бюджетного дефицита и падения экспорта сырой нефти.
Эквадор столкнулся с двойным нефтяным шоком, который обнажил слабые стороны его энергетической и финансовой модели. В то время как международные цены на нефть растут из-за геополитической напряженности, стране не удается извлечь выгоду из этого: экспорт падает, а стоимость импортных нефтепродуктов стремительно растет, особенно на дизельное топливо, ключевое для экономики. Весь этот сценарий, по сути, объясняет, почему правительство Даниэля Нобоа решило более не выплачивать компенсации перевозчикам.
В марте 2026 года импорт топлива резко подскочил. Дизельное топливо премиум-класса подорожало на 66,8% за месяц с USD 99,18 до 165,46 за баррель. Дизельное топливо 2 подорожало на 49,7%, в то время как бензины также показали значительный рост: на 33,6% для РОМА 95 и на 41,8% для РОМА 80. Сжиженный нефтяной газ, хотя и с более умеренным ростом на 14,9%, по-прежнему оказывает давление из-за своего веса в схеме субсидирования.
Это увеличение является ответом на рост мировых цен на нефть, вызванный геополитическими рисками на Ближнем Востоке. Однако для Эквадора этот сценарий имеет двойственный эффект. Рост цен на сырую нефть улучшает доходы, но удорожание импортных нефтепродуктов, особенно дизельного топлива, увеличивает бюджетные расходы на субсидии. Другими словами, внешняя прибыль разбавляется внутренним давлением на государственные счета в ключевой момент для выполнения экономической программы с Международным валютным фондом (МВФ). МВФ и предупредил Эквадор, что страна должна сократить свой бюджетный дефицит, а увеличение субсидий на топливо противоречит этой цели.
Новые импортные цены приводят к тому, что, согласно данным компании Petroecuador, в настоящее время существует субсидия на дизельное топливо в размере USD 1,601326 за галлон для автомобильного сектора. "Полосовая система позволяет повышать внутреннюю цену на дизельное топливо только на 5% в месяц, но стоимость его импорта выросла в 13 раз. Разницу приходится покрывать за счет государственных субсидий, и это делает невозможным сохранение компенсаций перевозчикам”, - пояснил Андрес Родригес, экономист.
Экспорт нефти падает, и это еще более осложняют бедственное положение государственных финансов Эквадора. В первом квартале 2026 года, объем продаж внешних нефти Petroecuador снизился на 11,58% в годовом исчислении, с USD 1 млрд 814 млн до USD 1 млрд 604 млн. Объем экспорта также снизился на 12,07% - с USD 28,1 млн до USD 24,7 млн. Такое поведение свидетельствует о критическом разрыве: хотя цены растут, производство не реагирует. Средняя цена эквадорской нефти за квартал выросла всего на 0,56%, но с высокой волатильностью: цена на нефть Ориенте выросла с USD 55,43 в январе до USD 89,04 в марте. Тем не менее, этот рост не привел к увеличению выручки из-за падения объемов, особенно в марте.
По видам сырой нефти, Ориенте было экспортировано 15,2 млн баррелей при средней цене USD 69,09, Напо – USD 9,5 млн баррелей при цене USD 58,43. Последний пострадал сильнее всего: объем упал на 15,38%, а стоимость – на 19,51% по сравнению с 2025 годом. Зрелые месторождения, эксплуатационные ограничения и низкие инвестиции ограничивают способность страны реагировать на благоприятные ценовые циклы. “Проблема не в цене, а в мощности. Эквадор сталкивается с продуктивным узким местом, которое не позволяет ему реализовать эти сценарии", - отметил эксперт.
Таким образом, страна оказывается в ловушке энергетического парадокса: когда нефть дорожает, выгода является частичной и временной. Зависимость от импортных нефтепродуктов, особенно дизельного топлива, и слабость их производственного аппарата превращают внешние потрясения в источник налогового давления, а не в возможность для экономического облегчения.
