В 2025 году стране требовалось 4 млн кв. м складских площадей класса A при фактическом предложении в 513 тыс. кв. м. Нехватка современных складов повышает логистические расходы, замедляет доставку и снижает конкурентоспособность, следует из отчета Всемирного банка «Диагностика частного сектора Узбекистана».
Логистика вошла в число трех приоритетных для частных инвестиций секторов наряду с туризмом и фармацевтикой. Всемирный банк объясняет это расположением Узбекистана на трансконтинентальных маршрутах, ростом торговли и агропромышленного производства, а также спросом на современные склады, холодильную инфраструктуру и доставку последней мили.
Несмотря на высокий инвестиционный потенциал, расширение логистической инфраструктуры не покрывает растущие потребности рынка. Сектор остается раздробленным: наряду с несколькими крупными операторами работает большое количество малых компаний с небольшим автопарком.
Средний возраст грузовиков превышает 10 лет, при этом более 75% машин не соответствуют стандарту Euro V. Конкуренция преимущественно за счет низких цен снижает качество и надежность услуг и ограничивает возможности компаний по обновлению техники.
В 2024 году средняя загрузка складских объектов составляла 95%, а в Ташкенте и Намангане достигала 98%. При этом ставки аренды в сухих складах класса A в Ташкенте были самыми высокими в Центральной Азии.
В 2025 году совокупный спрос на склады разных классов оценивался в 14,9 млн кв. м. К 2030 году он может вырасти до 19,9 млн кв. м, около 28% этого объема должно соответствовать требованиям класса А.
Наиболее острый дефицит наблюдается в холодильной инфраструктуре. В охлаждаемых помещениях хранится менее 5% плодоовощной продукции, тогда как для конкуренции на экспортных рынках свежей продукции показатель должен составлять около 75%. Потери после сбора урожая достигают 20−30%.
В стране также недостаточно логистических парков и мультимодальных объектов. Для обслуживания текущих внутренних и транзитных грузопотоков требуется более 11,6 млн кв. м складских площадей и грузовых дворов, тогда как доступно около 300 тыс. кв. м.
Потребность в инфраструктуре для экспортных и транзитных грузов оценивается примерно в 1,7 млн кв. м, при этом требованиям класса A соответствуют только 52,6 тыс. кв. м. Для обработки контейнерных грузов требуется около 945 тыс. кв. м, тогда как в 2025 году было доступно только 40 тыс. кв. м.
Среди основных препятствий для инвесторов Всемирный банк выделяет высокую стоимость финансирования, жесткие требования к залогу, короткие сроки кредитования, а также длительные процедуры получения земли и разрешений. Доходность логистических проектов оценивается в 12−18%, тогда как стоимость заемного финансирования в национальной валюте достигает 20−30%.
Из-за этого компании могут откладывать обновление автопарка, сокращать масштаб складских проектов или ограничиваться небольшими поэтапными вложениями вместо строительства полноценных логистических комплексов.
Для снижения этих ограничений и привлечения частных инвестиций Всемирный банк предлагает комплекс определенных мер.
Высокая загрузка складов, рост арендных ставок и активное бронирование площадей еще до ввода объектов в эксплуатацию, по оценке Всемирного банка, указывают на инвестиционный потенциал рынка.
Проведение реформ может привлечь к 2030 году от $950 млн до $1,05 млрд частных инвестиций в развитие складских мощностей. Из общего объема $788 млн может быть направлено в логистические парки и мультимодальные хабы, $106 млн — в сухие склады класса A, еще $51−58 млн — в холодильную инфраструктуру.
Проекты могут обеспечить от 98 тыс. до 108 тыс. постоянных прямых и косвенных рабочих мест. На этапе строительства проекты могут дополнительно обеспечить объем временной занятости, эквивалентный 5−7 тыс. рабочим местам в течение одного года.
