Как уходят от уплаты и почему контролирующим органам нетрудно это заметить?
В России за первое полугодие выявили более 3,3 тыс. налоговых преступлений, следует из данных МВД. После изменения фискальной нагрузки власти ускорили обеление экономики и борьбу со схемами ухода от обязательных платежей. Число таких преступлений подскочило почти на 20% к прошлому году — это максимальный прирост минимум за 12 лет. Государство усиливает контроль за сокрытием доходов, зарплатами в конвертах и другими серыми схемами. Что еще стоит за ростом числа налоговых преступлений — в материале «Известий».
Сколько выявили налоговых преступлений в 2026-м
За январь – июнь 2026 года правоохранители выявили 3362 преступления, связанные с уклонением от уплаты налогов. Это следует из доклада МВД «Состояние преступности в России», который ведомство публикует ежемесячно («Известия» его проанализировали). По сравнению с прошлым годом показатель увеличился на 17,2% — это рекордный прирост как минимум за последние 12 лет. Редакция направила запрос в МВД.
В июне глава ведомства Владимир Колокольцев сообщал, что с начала года удалось возместить 70 млрд рублей по делам об уклонении от уплаты налогов. Значительную часть этой суммы составило арестованное имущество фигурантов.
Рост числа выявленных налоговых преступлений сам по себе еще не означает только того, что нарушения стали более частыми, заявила экономист, руководитель московского отделения независимого профсоюза «Новый труд» Анна Полякова. Статистика показывает прежде всего, сколько таких случаев правоохранительным органам удалось обнаружить, доказать и квалифицировать как преступления. Такие нарушения становятся видимыми после налогового анализа, сопоставления данных, банковской информации и проверок.
За последние годы ФНС изменила подход к контролю: число выездных проверок сократилось, а основная работа всё чаще стала строиться на аналитике, пояснил доцент кафедры экономики и финансов общественного сектора Президентской академии Даниил Гоненко.
Он добавил: с помощью цифровых инструментов служба выявляет риски и предлагает бизнесу добровольно уточнить налоговые обязательства. Такой подход позволяет сосредоточить проверки на компаниях с наиболее существенными рисками.
Кроме того, продолжил Даниил Гоненко, на число выявленных нарушений повлияли и изменения в налоговом законодательстве 2025–2026 годов. С 1 января прошлого года в России была введена прогрессивная шкала НДФЛ — от 13 до 22% в зависимости от размера дохода. А основная ставка налога на прибыль выросла до 25%. Кроме того, с 2026-го базовый НДС увеличили до 22%, а планка доходов для освобождения от этого налога для организаций и ИП на УСН снизилась с 60 млн до 20 млн рублей.
Рост налоговой нагрузки подтолкнул часть граждан и компаний искать способы снизить издержки и обойти требования. Однако на этом фоне власти усилили контроль за соблюдением обязательных платежей и борьбу с теневыми схемами. Сейчас налоговое администрирование охватывает всё больше операций, а у ФНС появляется много данных для сопоставления, пояснил Даниил Гоненко.
Редакция обратилась в налоговую службу за комментарием о том, с чем ведомство связывает такой рост выявления нарушений.
Как преступники уходят от уплаты налогов
На практике сейчас выявляют не только примитивные схемы вроде неподачи декларации, но и более сложные конструкции, отметила Анна Полякова. Среди них — дробление бизнеса для сохранения спецрежима или ухода от уплаты НДС, искусственное распределение выручки между несколькими индивидуальными предпринимателями (ИП) и компаниями, фиктивный документооборот с техническими контрагентами.
Еще одна зона риска — оформление работников как самозанятых или исполнителей по договорам гражданско-правового характера (ГПХ), напомнила эксперт. Для бизнеса такая модель позволяет не платить страховые взносы и не нести часть расходов и обязательств, связанных с трудовыми отношениями.
— Если человек действительно работает самостоятельно, это законно. Но когда он фактически штатный сотрудник — соблюдает установленный график, работает под контролем компании, постоянно выполняет одну функцию и зависит от одного заказчика, — то это фактически подмена отношений. В таком случае у компании возникают не только налоговые, но и трудовые риски, — пояснила Анна Полякова.
По ее словам, недобросовестные работодатели также платят зарплаты в конвертах.
Чаще всего налоговые преступления фиксируются в сфере строительства, торговли, в том числе оптовой, в финансово-кредитной системе, в транспортной отрасли, рассказал финансовый советник и основатель Rodin.Capital Алексей Родин.
Один из громких кейсов этого года — схема «бумажного» НДС, которую выявили 15 марта. По данным спецслужб, из-за махинации российский бюджет недополучил более 1,2 трлн рублей налогов. Злоумышленникам удалось организовать свыше 4,8 тыс. транзитных организаций для обналичивания денег и вывода их в теневой оборот.
Услугами пользовались более 37 тыс. предприятий реального сектора экономики. В их числе — компании из сферы строительства, торговли топливом и текстильными изделиями. Клиенты получали от формальных контрагентов счета-фактуры, накладные и акты выполненных работ, хотя товаров, услуг и реальных расчетов по ним не было.
По данным следствия, в схеме участвовали сотни людей. К настоящему времени по делу проходят более 20 человек. 23 июля сообщалось о задержании в Минске Александра Осина — его правоохранители считают одним из организаторов схемы.
В начале года активно обсуждали еще одно дело, уже меньшего масштаба. В феврале стало известно, что главу сети стритфуда «Русский аппетит» и экс-депутата Воронежской облдумы Андрея Прытыкина заподозрили в неуплате 700 млн рублей налогов. По версии следствия, бизнесмен использовал схему дробления бизнеса: сотрудники его предприятий и родственники формально регистрировались как ИП — это позволяло применять специальные налоговые режимы и уменьшать обязательства.
Как скажется усиление налогового контроля на гражданах и бизнесе
Усиленный цифровой контроль будет вынуждать компании либо переходить в легальное поле, либо искать более изощренные способы сокрытия своей деятельности, считает юрист, руководитель Центра правопорядка в Москве и Московской области Александр Хаминский.
— Для части малого и среднего бизнеса это может означать уход в тень — переход на наличные расчеты, сокрытие занятости и сокращение официальных оборотов, — предупредил гендиректор «Центра налоговой помощи» Алексей Мошкин.
По данным опроса «Опоры России», опубликованного в конце марта, около 42% предпринимателей зафиксировали рост теневого сектора в своих отраслях. Наиболее активно тенденция развивается в сфере техосмотра и ремонта авто — об этом заявили почти 70% респондентов. В бьюти-индустрии уход в тень отметили 66% опрошенных, в гостиничном бизнесе — 59%.
При этом крупные компании и часть среднего бизнеса находятся в другой ситуации. У них, как правило, больше финансовый запас, позволяющий адаптироваться к росту налоговых платежей и отказаться от серых схем, пояснил Алексей Мошкин. А риски уголовного преследования и репутационные потери на фоне развития цифрового контроля ФНС и работы правоохранительных органов могут оказаться для них слишком высокими, добавил он.
Так, если контроль налоговой точечный, предсказуемый и направлен на реальные схемы, он стимулирует бизнес работать легально: риски доначислений, штрафов и уголовного дела становятся выше выгоды от уклонения от налогов, пояснила Анна Полякова из независимого профсоюза «Новый труд».
Поэтому задача — сделать неизбежным обнаружение именно умышленных схем, а добросовестному бизнесу дать понятный и предсказуемый путь для исправления нарушений.
