В минувшую пятницу в Петербурге собрались люди, которые всю жизнь занимаются тем, чтобы грузы плыли туда, куда надо. Выпускники Государственного университета морского и речного флота имени Макарова — судовладельцы, экспедиторы, операторы контейнерных линий — сошлись на встрече своей ассоциации. Все шло к тому, что должен получиться запоминающийся праздник. В итоге — обсуждали федеральное регулирование и решительные меры, на которые времени осталось впритык — до июля.
Говорил Андрей Нелогов — генеральный директор и владелец ООО «Объединенная Транспортная Компания». Три года он разбирается в том, как государство планирует оцифровать всю отечественную логистику. Исследуя рынок линейных перевозок, он столкнулся с проблемой, которая, собственно, и породила ГосЛог.
На сайте Минтранса говорится: «Национальная цифровая транспортно-логистическая платформа „ГосЛог“ призвана объединить цифровые логистические сервисы на одной платформе, стать своеобразной службой „одного окна“ для взаимодействия государства и перевозчиков. Одна из целей — внедрение электронного документооборота на всех этапах грузоперевозок автомобильным, морским, речным, железнодорожным и воздушным транспортом».
— Куда бы ни обращались на самом высоком уровне сотрудники ФАС во время своего расследования или моего исследования, мы сталкивались с тем, что информации о грузовой базе нет, — рассказал Нелогов.
Формально данные существовали — Морцентр, Министерство, профильные ведомства. Но сложить картину того, из чего состоит грузопоток, было невозможно, отметил он.
Немного предыстории. С 1 января 2025 года в России стартовал нацпроект «Экономика данных» — для цифровизации государственного управления. Транспортная отрасль получила свой «домен». Постановлением правительства от 14 февраля 2026 года была утверждена национальная цифровая транспортно-логистическая платформа «ГосЛог» — единое цифровое пространство для всех участников рынка: перевозчиков, экспедиторов, грузоотправителей, а заодно ФНС, ФТС и ФСБ. Оператором назначен Минтранс.
Первый из обязательных — реестр уведомлений о транспортно-экспедиционной деятельности — заработал 1 марта. Следующий стартует 1 сентября 2026 года: все участники коммерческих грузоперевозок будут обязаны перейти на электронные перевозочные документы. С 1 марта 2027 года в аналогичный реестр должны войти автоперевозчики с транспортом грузоподъемностью свыше 3,5 тонны.
Не скрывая иронии, Нелогов процитировал архитектурный документ, который лег в основу платформы. В частности, там говорилось, что в центре системы «в форме лепестков располагаются жизненные ситуации», а инструментом анализа служит «система визуализации информации в виде условного цветка „ромашка“». Люди, которые всю жизнь работают с реальными грузами на реальных маршрутах, встретили это молчанием.
По задумке создателей, необходимость в ГосЛоге возникла в связи с очевидной для его авторов проблемой низкого качества предоставления перевозочных и сопутствующих услуг.
И вот что удивительно, считает эксперт:
— То, что в 2023 году люди говорят о том, что качество услуг, предоставляемых отраслью, низкое, и вот это низкое качество требует изменения системы, изменения порядка работы для того, чтобы качество поднять. Мне кажется, с этого надо начинать. Нужно было делать это в 1991 году.
В качестве контраргументов он привел цифры: за 30 лет контейнерооборот Большого порта Санкт-Петербург вырос с 70 тыс. TEU в 1991 году до 2,5 млн в 2021-м — то есть рос примерно по 10% ежегодно. Как был бы возможен рост, если бы все действительно было «ужас-ужас»?
Вернемся к ГосЛогу. За регистрацией в реестре, объяснил Нелогов, стоит не просто учет участников — в конечном счете это механизм отбора. Компании получат рейтинги, рейтинги будут определять доступ к работе. Вполне себе действенное «сито» для «хороших» и «плохих».
— Дальнейшее регулирование этой части рынка предполагается через штрафы и дисквалификацию участников. То есть, если вы нарушаете что-то, то у Транснадзора появляется возможность убрать этого участника из работы на определенный период. Любое нарушение, независимо от того, что там произошло по сути, — это штрафные санкции, которые составляют либо сумму по случаю, либо процент от оборота компании. В целом это могут быть минимум 500 тыс. рублей, до 1 млн и так далее, — озвучил Нелогов.
А вот про безопасность данных ничего в постановлении нет, отметил эксперт. А стоило бы:
— Все, что оказывается в Сети в связи с таможенным оформлением, — 2–3 дня, и вся информация есть в распоряжении наших врагов за границей. Они знают, что на каком пароходе едет, кто конкретно подписывал какие бумаги, — сказал он.
И заключил, что система создается не для пользователей, а для контролеров.
В июле запланировано несколько событий одновременно. С 1 июля заработает так называемый «тройной цифровой фильтр» на импорт — синхронизация систем СПОТ, ГосЛог и «Честный знак» на границе.
Кроме того, именно в июле, по информации Нелогова, должны заработать рабочие группы, которые будут вырабатывать поправки к законодательству. Менять будут и 140-й федеральный закон «О транспортно-экспедиционной деятельности», который регулирует всю конструкцию. Писали его широким размахом плеча, а на практике рынок столкнулся с огромным количеством непроработанного: например, как разграничить ответственность, если в ГИС ЭПД завис технический сбой. «Июльские» группы при Минтрансе должны написать «поправки к поправкам», чтобы внести ясность до того, как наступит 1 сентября. И выбора, собственно, нет: действующая редакция закона вызывает ожесточенные и бесконечные споры среди отраслевиков, а их острыми вопросами забит сайт Минтранса.
